скамейка

о всяком

Что-то какая-то муть и тоска. Я не жалуюсь, Дорогая Вселенная, нет-нет! (а то, когда жалуюсь, такое прилетает, что сразу понимаю: дура я была, дура, вот ведь всё же нормально было, чо не устраивало-то?) Но энтропия, что ли, засасывает. Если не писать, вообще какое-то месиво получается, так что попробуем пописать немножко.

Ребенок заказал на али эльфийские ушки. Теперь выгуливает их на улице, поднимает дух граждан. Я тоже, конечно, примерила - и сразу вот прямо будто в сказку попала. В ту самую, с детства знакомую: "...и звали их Ниф-Ниф, Нуф-Нуф и Наф-Наф".

Приняла твердое решение, что в этом году я жду и железно покупаю всего две бумажные книги: "С ключом на шее" Карины Шаинян и "Извините, я иностранец" Эштона Крейга. И больше ничего, вообще ничего! Ибо моё цундоку уже выше меня. И это ещё не считая электронки!
В этот же день пошла и заказала четыре.
Ладно, две по работе, ок. Хотя без них и легко можно было обойтись. Одна из ностальгии по молодости и из желания поделиться восторгом с дщерью (коллега однажды подкинул молодым журналисткам Дольника, и вот щас переиздание на меня как выскочило!). Хотя дочь не читает ведь ни фига. Одна - типа "племяннице в подарок".
Но всё равно. В этот же день, блин!
Поняла, кстати, что меня прямо бесит нынешняя тенденция печатать обычные книжки на толстой мелованной бумаге. Переиздания советских детских в таком виде вообще не радуют. И весят много. И пальцы режут. И фу.
Ну, и что принимать твердые решения мне бесполезно, тоже поняла.

Настя уехала в Питер, и оказалось, что как-то не с кем вдумчиво попить кофе и поговорить "про книжки". С девчонками обычно и пьем не кофе, и болтаем о другом. И ехать надо специально, просто так на кофе не заскочишь. Ребенок требует, чтоб я посмотрела какое-то аниме, и обсуждать желает его. Короче, "спутника интеллектуальной жизни" категорически не хватает.

ФБ при этом который день - да что день, неделю! - показывает мне рекламу "Стань литературоведом за 136 часов со скидкой в 35%!". В последние пару дней скидка уменьшилась до 20% - типа, свой золотой шанс я уже просрала, но пока ещё могу успеть отхватить серебряный. Обещают даже диплом государственного образца, прикиньте (фоточка образца диплома, правда, внушает смутные сомненья - ни разу не видела гос.дипломов с портретами Чехова). Вапще обнаглели - показывать рекламу со словами "не нужно поступать в университет и тратить 4 года жизни!" человеку, который ради как раз примерно этого уже четверть века назад (и даже больше... блииииин) поступил и потратил пять. И вообще - а что, на литературоведов ещё кто-то хочет зачем-то учиться? Причем настолько хочет, что даже готов за это платить? 😲 Надо ректору нашего универа сообщить, а то, говорят, литераторов там сейчас задвигают и подавляют этими... как их... языкаторами. Мол, никому ваша лит-ра нынче не упиралась, денег на вас не заработаешь, только жрать и просите. А люди-то, оказывается, мечтают... спрос-то, оказывается, имеется...

Кстати, о четвертях века. Как-то время сжалось. Как-то начало ощущаться, что те интервалы, что раньше представлялись огромными, не так уж и велики. Вдруг, например, поняла, что родилась-то я всего через тридцать лет после войны, слушайте. Что такое тридцать лет? Я 30 лет назад не то что "себя уже помню", я школу закончила уже. То есть это отрезок вообще не большой! А в детстве казалось - давнооооо. Я когда родилась, моей бабушке было меньше лет, чем мне сейчас. Я до сих пор "не знаю, кем хочу стать, когда вырасту". А в детстве казалось - баааааабушка.

На этой оптимистической ноте покажу вам ещё только жизнерадостного игрушечного пёсика, которого вполне можно ставить на аватарку как раз к таким постам, и пошла энтропично варить вареники :)))

upload_2021_04_11_20_20_11_436
скамейка

Мечта и реальность, ну

Что я собиралась делать на каникулах:
- читать (хотя бы список книг прочесть до половины...),
- писать (хотя бы планы!),
- помочь ребенку готовиться к "эге!" (о, это длинная история),
- посмотреть несколько вечно откладываемых вебинаров,
- рисовать,
- гулять,
- кататься на коньках,
- на посленовогодних распродажах купить красивых елочных игрушек,
- разобрать шкаф (вдруг найдется тот прекрасный свитер с дебильными оленями, купленный чуть ли не в мае и припрятанный до зимы!),
- убрать наконец квартиру (да, да, все каникулы убираться, что может быть увлекательнее!),
- немного поработать (хорошо так поработать, на самом деле, а то вот выйдем с каникул, а оно всё как НАПРЫГНЕТ!).

Что я на самом деле делала на каникулах:
- готовила,
- ела,
- пила,
- ела,
- пила,
- ела,
- ела,
- ела,
- пила,
- мыла посуду (а то уже есть не из чего),
- пила,
- готовила,
- снова ела,
- опять мыла посуду,
- пырилась в сериал "Ольга" (еще "Мажора" посмотрели - ничо так, бодренько, - и "Анну Николаевну. Начало" - редкостная бредятина, конечно),
- пила и ела, ела и пила,
- ну и немножко (самую капельку) таки поработала.
Свитер не нашелся - до шкафа руки не дошли и ноги не дотянулись.
С распродажами тоже не склалось: магазины сказали "авотфиг!" и попрятали сссуки всю новогоднюю барахляндию прямо сразу второго января. Возможно, даже первого, просто я не видела, т.к. в тот день из дома не выходила - была очень занята (см. выше).
Послезавтра на работу.
Эх, грехи наши тяжкие...

Из милого: 31-го ребенок такой сидит, смотрит "Иронию судьбы". Комментирует:
- Госссссподи, какая бредятина-то!
Я:
- Ну а зачем тогда смотришь? Переключи на другой канал.
- Ну мне же интересно, чем закончится.

Ну штош, вот и подросло поколение, которое не знает, чем закончится "Ирония судьбы"!
*прослезяется, промакивает глаза платочком*

С прошедшими праздниками вас, дорогие товарищи, а я пошла поплачу морально готовиться к началу нового рабочего года.
скамейка

Охтябрь

Когда мне мнэээээээ вот так, как сегодня - "вроде всё как всегда", но накрывает этаким, а ля Ленка Шабадинова из доброго светлого фильма "Страна Оз", "жить не умею" - я пытаюсь зарыться в детство. На ручки меня, конечно, уже никто не возьмёт, но вспоминание всяких штук, которые там и тогда были, не то чтобы сильно утешает, но как-то отвлекает. Например, я начинаю умиляться на фото таких же игрушек, какие у нас были (спасибо, интернет). Или искать какие-то книжки, про которые помню только "зелёная обложка с листочками".
Вот на днях как раз на лайвлибе перелистала двадцать с лишним страниц результатов поиска по словам "Западно-Сибирское книжное издательство" и таки нашла ту зелёную обложку, а потом и оглавление, и всё только для того, чтобы убедиться: кусок текста, что засел в голове - он, скорей всего, не из этой книжки, а всё-таки из какой-то другой (которая с ней в моей голове слиплась, т.к. стояла в том же шкафу). Потому что там было вроде как про любовь (или, скорее, про жизненные принципы героини), а тут всё про природу. Судя по названию и самой книжки, и всех рассказов в ней. Но вообще, конечно, никто не может запретить в рассказе про природу быть и кусочку про любовь (или про принципы), так что это всё не точно, надо прошерстить ещё сами тексты, но текстов нету - никто почему-то не оцифровал рассказы не особо известных западно-сибирских писателей 1978 года. "Что ж, будем искать", гггг.
Или вот ещё, помню, когда я была мелкой школьницей, а мама работала на заводе, она иногда из заводского буфета приносила "печатные пряники". Они так назывались, хотя тесто у них было абсолютно не пряничное, а скорее песочное, светлое, нежное и одновременно плотное (на них, таких довольно больших, прямоугольных, было четко оттиснуто слово "Север") и очень сыпучее. Стоили они не то 15, не то 25 копеек, и вкус имели божественный. Но в доме появлялись сильно реже, чем я была готова их есть. И наверняка ведь делали их по какому-то утвержденному ГОСТом рецепту, по технологической карте, которую поди очень просто сейчас найти (спасибо, интернет), но надо ж знать, как сформулировать запрос, чтобы найти именно то, что нужно. "... по ГОСТу, как в заводском буфете" - что там должно стоять, вместо многоточия? Потому что это не пряники же точно. И не коржики, коржики грубее. А что тогда?..
Вот что волнует меня в этом ("..." - что тут должно стоять, вместо многоточия?) октябре, когда на реальность смотреть вообще не хочется.
жук читает книги

Коллекция фантазий - 27: конкурс стартовал

...И вот «Коллекция фантазий», конкурс фантастических рассказов на заданную тему, стартует в 27-й раз. Темы нынче такие:

  • «Последний мореплаватель этого света».

  • «Коллекционер ненужных идей».

  • «Муравьиный пастырь».

Дополнительное условие: деятельность / характеристика персонажа, обозначенная в теме, должна быть сюжетообразующим элементом.


На конкурс принимаются фантастические рассказы (в широком понимании: не только научная фантастика, но и фэнтези, сказка, хоррор, мистика, сюрреализм и т.д.), соответствующие как минимум одной из заявленных тем и написанные полностью после этого объявления. Авторы до конца конкурса должны соблюдать анонимность. Объём рассказов должен быть от 5000 до 40 000 знаков, считая заголовок, сноски, пробелы и знаки препинания.


Collapse )
sherlocked

Диванчик заячий

В фб народ развлекается: вводишь в поисковик "диван" и свое имя - и любуешься своим, так сказать, воплощением в мире мебели. На паспортное имя предлагают, конечно же, всякую чухню, зато вот у "дивана Минна" меня сразу устроил самый первый вариант.
[большая фотка]

добыча

И жуть прекрасную несли...

С книгами Карины Шаинян shainyan (нет, лучше «с текстами» – сюда попадают и рассказы тоже) у меня всегда одна и та же засада: я давно не умею и не особенно люблю читать медленно, но их просто невозможно читать быстро. Это густое, плотное пространство туго набито цветом, запахами, голосами, и брожением по переулкам детства, и странностями, и разглядыванием каких-то листочков и собиранием камешков… И еще там сюжет и тайны. В сумме всё это дает тот самый эффект, что иногда испытываешь во сне: ты пытаешься бежать (дальше, дальше, что там будет дальше?) – а воздух вокруг, как мед, как смола, и ноги заплетаются, и мелькает уже за углом спина того, кого ты догоняешь, он сейчас совсем ускользнет, а ты такая встала и рассматриваешь трещины на штукатурке стены, и пока все до последней не рассмотришь, тебя не отпустит.
Так было с «Бимини» и с «Цветным дозором», и с «Западней»; так было с кучей рассказов…
…и ровно так же – с новым романом "С ключом на шее". Его Карина начала выкладывать у себя в ЖЖ. Я этот текст прочитала за день, запинаясь, заплетаясь, давясь и захлебываясь, ну и всячески борясь с собой: потому что – быстрей-быстрей, интересно же, что там происходит, и что будет дальше, и чем, черт возьми, это закончится; и потому что – ой, багульник, давай понюхаем? ой, узелковое письмо, мохер, моххххееееерррр, тебе тоже колет пальцы при одном звуке? а еще – блин, какая фраза, тоже хочу так уметь, а пока надо три раза её повторить: чувствуешь, как слова-камешки перекатываются во рту? И шерсть вдоль позвоночника дыбом.
Там, в романе, прыгают в резиночку, и светит настольная лампа через окно хрущевки, и собирают халцедоны на берегу моря. И там сквозь клочья тумана на цветные блики детства наползают густые жирные пятна нефти, и Зло притаилось за сопками, и…
«Она сказала, что дословный перевод с местного языка – «плохая вода», и добавила, что местных там, впрочем, нет, – не дураки селиться в такой дыре». Понаехавшие же сначала вроде бы страдают, мол, никаких тут тебе местных легенд, хоть самому выдумывай, а потом таинственным образом исчезают (поди пойми, не то легенды их сожрали, не то время).
Короче, я изгрызла все ногти и локти, ибо люто завидую. Карине Шаинян – за то, что она так пишет. И самой себе – за то, что это читаю. И вам тоже, потому что, повторюсь, сейчас у себя она как раз эту прекрасную жуть выкладывает, и туда можно подглядывать и леденеть. Читая по кусочку в день. Или дождаться, пока появится весь текст целиком, и прочитать одним махом.
Или, я все-таки надеюсь, подождать подольше – и взять в руки изданную книгу. Потому что очень хотелось бы это иметь не только в компе, в виде файла, но и на полке. Можно даже без картинок, да.
кукла

вырастила змеюку!

Вечер. Лениво смотрим какое-то кино, валяемся на диване. Яська встает, выходит (то ли по телефону поговорить, то ли пиццы поесть), и ее довольно долго нет. Конечно же, я пользуюсь ситуацией и разваливаюсь поудобнее.
Яся возвращается:
- Ну давай теперь двигайся обратно.
Я, делая вид, что не понимаю:
- Куда это "обратно"?
Доченька:
- На работу!
скамейка

Чебурашка начал издалека

…Если вдуматься, детство у меня было очень интересное.
Мама вышла на работу, когда мне было 10 (месяцев, а не лет), и до поступления в садик со мной сидела баба Маня (мамина бабушка). Потом, много позже, когда она уже умерла, меня иногда посещали кошмары: будто просыпаешься, вроде бы совсем одна в квартире, и вдруг слышишь, как из дальней, бабМаниной, комнаты к твоей приближается мееееедленное шарканье. Вот оно уже в коридорчике… в зале… вот еще ближе… И ты понимаешь, что это она, и помнишь, что на самом деле ее давно нет, и застываешь в парализующем ужасе и не можешь выскочить из постели и убежать, или спрятаться, да вообще не можешь пошевелиться. И только слушаешь это: шарк… шарк… шарк… и леденеешь.
Баба Маня знала стихи про «Вечер был, сияли звезды, на дворе мороз трещал, шел по улице малютка, посинел и весь дрожал. Ноги босы, грязно тело и едва прикрыта грудь…» и про «тятя, тятя, наши сети притащили мертвеца». Наверное, тут и сокрыта причина моего дикого перед ее внезапным появлением страха; никого больше из умерших родственников я так не боялась видеть во сне, а всегда радовалась, что они, оказывается, вот они, а вовсе и не умерли (а, нет, деда боялась еще иногда, но дед и при жизни давал для этого дофига поводов).
Еще у нее был один универсальный ответ на кучу всевозможных моих детских просьб и вопросов, и звучал он так: «Да подь ты начисто!»
Зато она умела вязать крючком настоящие кружева, из тоненьких-тоненьких ниточек, и делать «иишницу» в духовке – тот самый омлет, который люди после детсада всю жизнь вспоминают словно потерянный рай. И она – три, что ли, класса в деревне закончив, если не два, – показала мне буквы, потому что «Подь ты начисто, на вот: это А, это У, это М, сама теперь читай, я устала!»
Поэтому в садик я пошла уже умея сложить «м» и «а», а там и вовсе научилась читать быстро, потому что: а) куда ж еще было спрятаться от ужаса происходящего, как не в книжку; б) если ты интересную книжку взял и за один раз не дочитал, потом можешь ее и не найти. Благодаря чему мне в мозг прямо впечаталась какая-то Белоснежка, до сих пор пытаюсь такую же найти и не могу; вроде бы, там были очень красивые иллюстрации, но, возможно, мне это просто казалось от страха не успеть узнать, чем закончится. Успела, но когда после сна захотела ее посмотреть еще разок, книжка уже исчезла. Как-то их тасовали между группами, что ли, во время прогулки/обеда/тихого часа, или воспитательницы приносили из дома на время, а потом опять уносили. Была Белоснежка – и нету Белоснежки, детская травма, пожалейте же меня скорей.
Воооот. И я была тем странненьким ребенком, у которого в кабинке вместо пупсиков и конфеток лежала пачка журналов «Наука и жизнь», ггггг. Ну, просто там где-то на последних страницах одно время печатали комиксы про Плуто, и, чтобы уговорить ребенка пойти в садик, родители разрешили эти «мультики» взять с собой. Но увидеть лицо заглянувшей в кабинку воспитательницы было, конечно, бесценно (правда, мы вот тут недавно по печальному поводу собрались с родственниками мужа, и они как начали вспоминать, что в детстве на улице жрали, так я сразу и поняла, что детства у меня вообще не было. Какие-то саранки, пистики, калачики, пУчки… Господи, я и слов-то таких не знаю! Мне переехавшая в город из деревни мама вообще строго-настрого запрещала даже ранетки с черемухой в городе жрать, потому что «там же одни тяжелые металлы»! Это в семидесятые-то благословенные почти безавтомобильные годы! А эти люди выходили – и, как газонокосилки, весь зеленый слой, вместе с корой акации и с чем-то еще, под корень… эх!)
Воооот. И еще была у меня в этом моем странненьком книжном детстве одна очень любимая книжка. «Наука и жизнь» вас уже подготовила к восприятию, надеюсь. Эта книжка была толстый-претолстый сборник под названием «Клуб 12 стульев» - там собрали и напечатали кучу всякого, что выходило когда-то в юмористических рубриках «Литературной газеты». И я это, будучи еще масенькой дошкольницей, с большим удовольствием читала. Не понимала, конечно, 90%, зато там были смешные картинки. И память о некоторых текстах оттудова я пронесла сквозь долгие годы (смахивает хрустальную слезу). Эта книжка, почти как та Белоснежка, регулярно ныряла в Лету, но потом выныривала: иногда я ее дома опять обнаруживала и местами перечитывала. В конце концов она то ли развалилась от старости, то ли покрылась коричневыми пятнами, и ее вынесли в макулатуру, в общем, бумажная версия утрачена навсегда…

Собственно, вот наконец мы и дошли до того, ради чего я тут вот это вот все писала. Какой-то святой человек отсканировал свой экземпляр – аж с автографами некоторых авторов этих текстов и картинок, прикиньте! – и выложил на просторы тырынета. Так что у меня теперь есть электроночка! И вот, поглядите, мой самый любимый текст оттуда. Скопировала, конечно, не удержалась.

Collapse )
скамейка

Приметы времени

Обнаружила забавное (а вы небось все давно про это знаете). Понадобилась мне тут цитата из Хромой судьбы Стругацких. Книжка бумажная есть, но она где-то в той квартире, где до сих пор апокалипсис. На Флибусте же нашла пару вариантов текста, один - еще журнальная версия, "Нева", 1986 год, второй - тот, что и у меня в книжке. Смотрите, как отразился в советской фантастике сухой закон:

"И я сбегал вниз, в нашу кондитерскую. В нашу странную кондитерскую, где слева цветут на прилавке кремовые розы тортов, а справа призывно поблескивают ряды бутылок с горячительными напитками. Где слева толпятся старушки, дамы и дети, а справа чинной очередью стоят вперемежку солидные портфеленосцы-кейсовладельцы и зверообразные, возбужденно-говорливые от приятных предвкушений братья по разуму. Где слева мне не нужно было ничегошеньки, а справа я взял бутылку коньяку и бутылку «Салюта».
И, поднимаясь в лифте к себе на шестнадцатый этаж, прижимая локтем к боку бутылки, вытирая свободной ладонью с лица растаявший снег, я уже знал, как я проведу этот вечер. То ли пурга, из которой я только что выскочил, слепая, слепящая, съевшая остатки дня пурга была тому причиною, то ли приятные предвкушения, которых я, как и все мои братья по разуму, не чужд, но мне стало ясно совершенно: раз уж суждено мне закончить этот день дома и раз уж Рита моя все не возвращается, то не стану я звонить ни Гоге Чачуа, ни Славке Крутоярскому, а закончу я этот день по-особенному – наедине с самим собой, но не с тем, кого знают по комиссиям, семинарам, редакциям и клубному ресторану, а с тем, кого не знают нигде.
Мы с ним сейчас очистим стол на кухне, расставим на плетеных салфетках бутылки и алюминиевые формочки с заливным мясом от гостиницы «Прогресс», мы включим по всей квартире весь свет – пусть будет светло! – и перетащим из кабинета торшер, мы с ним откроем единственный ящик стола, запираемый на ключ, достанем Синюю Папку и, когда настанет момент, развяжем зеленые тесемки" — более новая редакция.

"И я сбегал вниз, в нашу кондитерскую. В нашу странную кондитерскую, где слева цветут на прилавке кремовые розы тортов, а справа призывно поблескивают ряды бутылок с горячительными напитками. Где слева толпятся старушки, дамы и дети, а справа чинной очередью стоят вперемежку солидные портфеленосцы-кейсовладельцы и зверообразные, возбужденно-говорливые от приятных предвкушений братья по разуму. Где справа мне давно уже не нужно было ничегошеньки, а слева я взял полдюжины «александровских» и двести грамм «ойла союзного», каковое, да будет вам известно, «представляет собой однородную белую конфетную массу, состоящую из двух или нескольких слоев прямоугольной формы, украшенную черносливом, изюмом и цукатами».
И поднимаясь в лифте к себе на шестнадцатый этаж, прижимая нежно к боку пакет со сластями, вытирая свободной ладонью с лица растаявший снег, я уже знал, как я проведу этот вечер. То ли пурга, из которой я только что выскочил, слепая, слепящая, съевшая остатки дня пурга была тому причиною, то ли приятные предвкушения, которых я, как и все мои братья и сестры по разуму, не чужд, но мне стало ясно совершенно: раз уж суждено мне закончить этот день дома и раз уж Рита моя все не возвращается, то не стану я звонить ни Гоге Чачуа, ни Славке Крутоярскому, а закончу я этот день по-особенному — наедине с самим собой, но не с тем, кого знают по комиссиям, семинарам, редакциям и Клубу, а с тем, кого не знают нигде.
Мы с ним сейчас очистим стол на кухне, поставим чайник, расположим на плетеных салфетках алюминиевую формочку с заливным мясом от гостиницы «Прогресс», блюдце с пирожными и Ритину вазочку с «ойлом союзным», мы включим по всей квартире свет — пусть будет светло! — и перетащим из кабинета торшер, мы с ним откроем единственный ящик стола, запираемый на ключ, достанем Синюю Папку и, когда настанет момент, развяжем зеленые тесемки" — 1986.

Вот работу доделаю, сяду читать обедве параллельно и сравнивать.